Песня операции "Железные мечи"

Сегодня эту песню поют солдаты, когда входят в Газу. Сегодня её можно услышать везде. А еще недавно она была песней крайне-правых поселенцев. Её автор, Дов Шурин, автор еще многих таких песен, репатриировался в 80-х из Нью Йорка. Жил в Иерусалиме и в Гуш Эционе. И сегодня живет в Бат Айн. Слова этой песни молитва Самсона. Самсон был судьей Израиля, господь подарил ему силу через его волосы. Ему нельзя было их стричь, и чем длиннее был его волос тем мощнее и сильнее был сам Самсон. Но Самсон полюбил Далилу, филистимскую женщину. Филистимляне, враги Израиля боялись Самсона и пооручили Далиле выяснить в чем секрет его необычайной силы. Обманом выведала Далила его секрет и остригла волосы. Самсона пленили и выкололи ему глаза. Его посадили в темницу и там просил он у Господа - "вспомни меня, усиль меня в этот раз, Господь, и я отомщу месть за свои глаза филистимлянам!" И когда филистимляне пировали свою победу и решили привести на пир униженного Самсона, он вышел, порвал цепи и уперся в колонны. И со словами "погибнет моя душа с филистимлянами!" обрушил языческий храм на пирующих. Так погиб Самсон. Могила Самсона и его отца находятся в лесу Эштаол недалеко от Бейт Шемеша.

В 1996 году в этом районе погибли от рук арабских убийц Ярон и Эфрат Унгер. Дов Шурин, их друг взял слова молитвы Самсона и переложил их на музыку. Получилась песня в стиле рок.

Её пели на форпостах и в поселениях, как когда-то пели "Барух йивне хаГалиль". Впервые широкая публика в Израиле услышала её, когда в СМИ решили осудить поведение поселенцев на свадьбе, где поселенцы пели её с оружием в руках. Но как в истории с Биламом, тот кто пришел проклясть - благославил.

Как лань вернулась на Кармель

 10 февраля 1979 года, дни Иранской революции. После многих напряженных моментов операция по спасению из шиитского Ирана была успешно завершена. Сотрудники «Моссада» и МИДа могли вздохнуть с облегчением. Последний рейс авиакомпании El Al из Тегерана в Тель-Авив успешно приземлился с 520 израильтянами и евреями, которым в последнюю минуту удалось спастись от пасти Исламской революции и правления Хомейни, на борту. Почти никто этого не знал, но в брюхе самолета, в клетках, находились и другие репатрианты: лани. Если вы хотите их увидеть, отправляйтесь на Кармель, пройдитесь по пешеходным тропам и также посетите Хай-Бар Кармель.

История возвращения ланей на Кармель начлась задолго до переворота. Лани считались исчезнувшим видом, они почти не встречались с конца 19 века. В Израиле их называли "Яхмур" из-за их цвета, напоминавшего глину (хемар) и белых пятен. Так же они были известны как Аяль аКармель, описание которых совпадало с описанием яхмуров. Яхмуры упоминаются и в ТАНАХе - во Второзаконии (Дварим), как вид животного пригодный к употреблению в пищу евреям и в Книге Царств как мясо, которое подавалось на стол царя Соломона: 

десять волов откормленных и двадцать волов с пастбища, и сто овец, кроме оленей, и серн, и сайгаков (яхмуров - синодальный перевод), и откормленных птиц  (Книга Царств 3, гл. 4, ст. 23)

На латыни лань зовут Dama - королева. Известны всего два подвида Dama dama (европейская) и Dama Messopatamica. 

Счтается, что римляне разводили ланей в неволе и распространили их в Европе. Однако на Ближнем Востоке лани были представлены сами себе и были объектом охоты. Впервые лань описал в Эрец Исраэль шведский натуралист Фредерик Хессельквист в 1751 году. Более чем через 130 лет, в 1884 году пастор Генри Бейкер Тристрам (его именем названа очень наглая птичка на Мертвом море) описал лань на горе Фавор (в христианстве ассоциируется с горой Преображения). 

Идея воссоздать в Эрец Исраэль флору и фауну времен Танаха будоражила умы еврейских натуралистов еще со времен Второй Алии (Второй волны репатриации с 1905-го по 1914 гг.).

Бен-Цион Исраэли привез саженцы финиковых пальм, недалеко от Иерусалима до сих пор существует ферма Неот Кдумим, воссоздающая флору времен Танаха. Но одна из загадок - возродить ланей в Эрец Исраэль, долгое время считалась недосягаемой. Этим занялся Авраам Йаффе

В 1956 году зоологи нашли на юго-западе Ирана группу яхмуров численностью в 25 особей. Это было жалкое зрелище, животные были в бедственном состоянии. Часть животных удалось захватить егерям шаха, часть была вывезена в Германию, для возрождения вида. В 1976 году мы получили из Германии две пары яхмуров и поселили их в зоопарке в Тель Авиве (он находился недалеко от площади Царей Израиля и просуществовал до 1980 г.)

Авраам Йаффе, генерал в отставке руководил проектом Хай Бар и был одержим идеей возвращения в Эрец Исраэль ланей, причем, оригинальных, не европейских. Их можно было получить только в Иране, в личном зоопарке шаха. Переговоры велись с 1975 года, но на Ближнем Востоке дела быстро не делают. Но вот появилась возможность. В Израиль приехал иранский принц. Принц обожал охоту и он прослышал о местных горных козлах с их большими рогами. Он даже получил специальное разрешение на такую охоту и к нему приставили местного егеря. Однако принц не был удовлетворен тем, что увидел. Но тогда он узнал что в Хай Бар Йотвата живет старый козел с именно такими рогами, как он хотел. Авраам Йаффе предложил ему обмен. Так мы получили королевское разрешение забрать две пары яхмуров из зоопарка шаха. 

Йаффе послал в Тегеран Майка ван Харбенброка. Майк прибыл в Израиль в 1969 году из Голландии, по окончании аграрного факультета. Он хотел пройти стаж по выращиванию цитрусовых и уходом за крупным рогатым скотом в кибуце Яд Мордехай. Один из его товарищей познакомил его с Авраамом Йоффе, который тогда занимался созданием Хай Бар Йотвата. Идея спасения животных на грани исчезновения захватила Майка и он начал работать с Йаффе. 

"На самом деле он начал проект несколькими годами ранее", — вспоминал Майк, — "но дело не пошло. Я ввязался в эту историю в начале 1970-х. Оказалось, что у него там были дикие кабаны и ослы в плохом состоянии. Ослы не приспособились, кабаны разбежались. Почему-то он думал, что я смогу помочь ему осуществить его мечту."

Как и подобает прилежному ученику, Майк начал погружаться в уникальный проект, который разворачивался перед ним. Помимо повседневного управления, ему приходилось заботиться о возвращении диких животных в заповедник. "Постепенно мы начали заполнять Хай Бар белыми ориксами и аддаксами, которых мы привезли из Соединенных Штатов, горными козлами, которых мы поймали в Иудейской пустыне. Я путешествовал везде, где только можно, в поисках библейских животных. Например, в 1973 году я привез из Эфиопии 50 страусят. Страусы исчезли из страны в 20-х годах прошлого века. Позже я также привез из Эфиопии диких ослов. Военно-воздушные силы были мобилизованы, чтобы помочь нам в операции по их возвращению. С одобрения тогдашнего командующего корпусом Моти Хода мы покинули аэропорт Бен-Гурион с двумя «Геркулесами», джипом и кучей наличных. В эти путешествия были вложены миллионы и миллионы. Например, за диких ослов я заплатил 25 000 долларов за животное. В ходе этой операции я собрал 12 диких ослов".

Итак, Майк едет в Иран. Но Майку не было достаточно подарка шаха. Он едет на охоту. На севере Ирана ему удается поймать 4 самок яхмуров, азиатских читу и тигра и пару медведей. С этим он прибыл в израильское посольство. Но хищников впустить там отказались. Майк устроил хищников в зоопарк шаха, откуда намеревался забрать еще и обещанных яхмуров. Но на следующий день толпа революционаров ворвалась в зоопарк и расстреляла там всех животных. Майку удалось спасти лишь яхмуров. 

Яхмуры были перевезены в Хай Бар на горе Кармель и присоединены к самцу, которого привезли из Германии. Они начали размножаться удивительным образом. С 1996 года работники Хай Бара начали выпускать и возвращать ланей в дикую природу, сначала в Нахал Кзив в Западной Галилее, а также в Кармеле. Еще одно племенное ядро ​​было создано в Библейском саду в Иерусалиме, а с 2005 года они начали возвращать их в в дикой природе в заповеднике Нахаль Сорек в Иудейских горах. По оценкам, сегодня в Израиле в дикой природе обитает около 500 ланей, из которых 120–140 — в Иудейских горах.

.Создано по материалам газеты Хаарец

Ода Радости. Кадиш Сильман

 Сколько поэтов Израиля мы знаем? Сколько сможем назвать песен? Порой их стихи издаются, известные художники их иллюстрируют, их изучают в школах, но со временем они становятся предметом исследований ученых, а читатель их забывает. Это случилось и с Кадишем Йегудой Сильманом.

Кадиш Сильман родился в Литве, в местечке Бутримонис. Там и сегодня живет меньше тысячи человек, а в те времена там жили 60 еврейских семей. Как и пологается молодому еврею, отправился в город и учился там в йешиве "Слободка" (по названию пригорода Каунаса, где она находилась). Еще будучи аврехом (студентом йешивы), начал писать и издавать собственный еженедельник на иврите ха-Коль (голос). Параллельно писал и в крупнейшей газете на иврите в Российской империи ха-Мелиц (издававшейся с 1860-го года).

В 1903 году газета ха-Цфира с воодушевлением описывала Хануку в Гомеле где была поставлена пьеса "Йегуда Макаби", которую написал Кадиш Сильман. Сионизм не обошел его стороной и Кадиш уже в 1907 году переезжает в Яффо. Там он преподает в школе для девочек, которую создал Иехиэль Иехиэли. Кадиш Сильман становится одним из основателей Тель Авива. Так получилось, что основателем он станет снова и снова. Он переезжает в Иерусалим и там он уже среди основателей гимназии Рехавия и среди основателей квартала Бейт а-Керем, он же и дал имя этому кварталу. Сильман был везде. Он был в комитете по языку Иврит во время войны за язык, он писал пьесы и стихи и перекладывал на иврит народные стихи с идиш. Он даже был председателем масонской ложи(!) в Иерусалиме. В 1937 году скончался Кадиш Йегуда-Лейб Сильман и был похоронен на Масличной горе. Однако, во время иорданской власти в Иерусалиме, его могила была осквернена и разделила судьбу других могил в мощении дорог.

Кадиш Сильман написал песню "Песня Долины" и посвятил её Менахему Усышкину. Когда же решили переложить стихи на музыку, увидели что лучше всего им подходит Ода радости Бетховена.

Кал'ат Эль-Рол

 Кал'ат Эль-Рол, немногие знают это слово. На русский оно переводится как крепость чертей. Когда по 90-й трассе едешь в Тверию от Цемаха, после поворота на Порию, видишь странный памятник, собранный из громадных базальтовых камней. Никакой крепости не видно в округе и лишь издали за посадками просматривается неглубокий овраг в желтеющем холме. Памятник поставил Матания Абрамсон в 1995 году.

100 лет назад не было этих посадок. Хоть и земли были выкуплены ИКА, их облюбовали бедуины племени Араб эль-Далайка. Здесь, за базальтовыми валунами, путникам угрожала смертельная опасность. Многие из еврейский поселений в округе погибли и были ограблены в этих местах. Кал'ат Эль-Рол - сегодня памятник нашим еврейским поселенцам, погибшим в дороге к Тверии. Гдуд а-Авода, строивший дорогу из Цемаха в Тверию, перенес валуны и устранил опасность нападений.

Первый международный скандал

Самый первый международный скандал, устроенный в Палестине в 20-м веке был связан с сыном провозвестника еврейского государства Гансом Герцлем, в 1926 году перешедшим в христианство. Его отец Теодор Герцль был для сионистов чем-то вроде иконы, его идеализировали, его культ существует до сих пор. И то что сын того, кто является избавителем всего еврейского народа, того кто указал нам путь, стал христианином, предал нацию, перешел на другую сторону, было для всех ударом. Это очень волнительно обсуждалось во всей еврейской и нееврейской прессе, пока один иерусалимский учитель, Хаим Арье Зута не брякнул в какой-то газете:

"По крайней мере он был законно-рожденным!" 

Как евреи захватили Хермон

 Песня Жаботинского "Песнь узников Акко", в которой он какбы описывает границы нашей будущей страны - от Дана и до Беэр-Шевы, от Гильада и до моря, заканчивается словами "нам корона Хермон!" Что это? Жаботинский предвидел захват Голанских высот в 1967 г.?

Оказывается, мы "захватили" Хермон уже в 1919-м! В то время как сионистское руководство убеждало англичан, что для будущего "национального очага" жизненно необходимы источники Иордана, которые берут свое начало на горе Хермон, между англичанами и французами велись переговоры о будущих границах, а Хаим Вайцман вел секретные переговоры с королем Фейсалом, скромный иерусалимский учитель Хаим Арье Зута во время летних каникул отправился вместе со своими учениками ставить перед фактом великие державы. Они дошли до Метулы. Там к ним присоединились ветераны организации а-Шомер. На лошадях они отправились в ночь, и к рассвету были уже на вершине горы Хермон.

Один из членов группы, Йегуда Марковский-Мор так описал увиденное: "Когда засияло солнце мы увидели Кинерет, Кармель и Дамаск. Воодушевленные, мы установили бело-голубое знамя над кучей камней. Учитель Зута сказал: "Мы удостоились подняться на Хермон и водрузить на нем наше знамя". Все члены группы обязались в этот момент сделать пожертвования в Еврейский Национальный Фонд для озеленения Хермона."

В последний момент кто-то предложил оставить на месте послание потомкам. "18 аба, второй год от декларации Бальфура, 5679 г. от сотворения мира,14 августа 1919 г., мы, подписавшиеся ниже, поднялись на Хермон, захватили его мирно, не пролив ни капли крови, и установили на его вершине еврейское знамя в знак его завоевания!" Под декларацией подписались все присутствующие. Эта декларация была помещена в бутылку, и "капсулу времени" зарыли под камнями, на которых держался флаг.

Через пару дней флаг и капсула с именами всех злоумышленников была доставлена в полицию Дамаска, что повлекло международный скандал. Зута вынужден был извиняться. Раздраженные британцы запретили публичное исполнение а-Тиквы и водружение флага. Но это все история.

Разделение храма для трех религий в городе трех религий

 Герой нашей публикации про Хермон, Хаим Арье Зута был выдающимся человеком. Еще в царской России в Екатеринославе вместе с Менахемом Усышкиным он организовал хедер, в котором преподавали наряду с Торой и языком и естественные науки, Хаим Арье преподавал там иврит по системе Эпштейна - "иврит на иврите".

Переехав в Эрец Исраэль Зута не только посвятил себя преподаванию, но и общественной и политической деятельности. Ему мы обязаны праздником посадки деревьев - Ту биШват. В преподавании Танаха он проводил параллели между действительностью и словами пророков и видел как приближается будущее, о котором говорил Иссайя.

В общем, я о том, что Хаим Арье был не только первым завоевателем Хермона, но и первым, кто предложил программу по разделению. Он предложил разделить Храмовую гору.

Через год после Декларации Бальфура и освобождения Иерусалима британскими войсками полный уверенностью в том, что сбываются слова пророчества, Хаим Арье Зута явился в отделение Сионистской Организации в Иерусалиме со своей программой:

Храмовая гора, гора Мория, куда устремятся многие народы со всех концов вселенной, как сказано в Книге Исаии 2,2 "И будет в последние дни, гора дома Господня будет поставлена во главу гор и возвысится над холмами, и потекут к ней все народы.", не может после освобождения города английскими войсками оставаться в ведении только одной религии. С пониманием, что вся гора не может быть передана ее настоящему владельцу - еврейскому народу, который будет править страной в ближайшем будущем, предлагаю превратить ее в собственность всех монотеистических религий. И на этой возвышенности, горе Мория обязана присутствовать мать всех религий - иудаизм и ее две дочери - христианство и ислам. И к их трех храмам устремятся народы жаждущие познать истину и каждый найдет тут свое место, как сказано: "дом Мой назовется домом молитвы для всех народов" (Исаия 56,7). Христиане получали "Храм Юстиниана", переделанный арабами в мечеть Аль-Аксу, Мусульмане продолжали бы находиться в центре, там, где стоит Наскальный Купол, или, как его тогда назвал Зута, мечеть Омара, даже если на этом месте стояли Первый и Второй Храмы. Зута сказал, что нельзя переносить здание, которое простояло здесь тысячу двести лет и, кроме того это может создать конфликт, когда иудеи возобновят жертвоприношения. Поэтому для евреев он отвел северную часть комплекса и Врата Милости, через которые должен войти Мессия.

Трудно сказать, что сделала Сионистская организация с этой программой и почему она пролежала столько лет в национальной библиотеке и в архиве Вайцмана, но, похоже, сегодня эта программа снова актуальна.

Дардара - форпост мужества

 Дардара - сегодня стоянка для израильских туристов и отдыхающих, о которой знают немногие любители треков на Голанах и в Галилее, когда-то сыграла серьезную роль как в становлении государства, в его защите, так и в его развитии. 

Дардара, отдаленное посление у подножия Голанских высот, возникло в эпоху Хома уМигдаль, во времена арабского восстания, когда единственным способом защитить земли был построить в одну ночь несколько бараков, забор и башню. Земли, а точнее болота в долине Хула были приобретены организацией "Хакшарат а-йешув" в 1934 году. На юге долины было озеро. Озеро это простиралось на 14 квадратных километров, с севера на юг 5,3 км и с востока на запад 4,4 км. Озеро было неглубоким, всего 4-5 метров в глубину. С этим приобретением возникла необходимость защитить и его границы, особенно на востоке, там, где проходила граница с французским мандатом. И в 1937 году были выкуплены еще 1300 дунамов. Земли были переданы кибуцу Хулата, стоявшему на западном берегу озера. Кибуцники построили там башню, каменное ограждение, причал, несколько бараков и коровник.

Добирались в Дардару на лодках. В 1947 году Дардару передали кибуцу Эйаль, названному так в честь организации Иргун Йегуди Лохем, поднявшей восстание в варшавском гетто. Кибуц Эйаль противостоял атакам сирийской армии и, хоть и погибли трое из его товарищей, остался стоять на месте.

В соглашениях о перемирии Дардара была определена как демилитаризованная зона, а кибуц переехал в центр страны и находится сейчас недалеко от Кфар Сабы. Судьба Дардары была нелегкой. Сначала вместо Эйяля были отправлены туда ветераны Пальмаха, но очень скоро они переехали на территории Мишмар хаЯрден и создали кибуц Гадот, потом полувоенное посление Нахаль (Ноар халуци лохем, боевая молодежь-первопроходцы), а потом Дардара превратилась в чисто военный форпост, противостоящий сирийцам.

Сирийская агрессия в 1951 году и оккуапция сирийцами части территорий, принадлежавших Израилю заставили командование задуматься о возможности форсировать силы к сирийской границы в случае будущих инцидентов. И было решено построить дорогу. 

Но как построить дорогу через болото? Дорогу, по которой должны пройти даже танки если есть необходимость? Дорогу в 1500 метров в самые короткие сроки?

Решение оказалось простым и гениальным одновременно. Его прдложил Давид Ласков. Давид Ласков был в те времена командующим инженерными войсками в командовании Севера Израиля. Сам по себе человек-легенда Давид Ласков заслуживает отдельного рассказа. Здесь лишь скажем, что этого человека можно без преувеличения назвать Королевым израильского оружия. До самого конца своих дней Давид Ласков оставался на посту, он был самым старым солдатом в армии Израиля и возможно самым старым содатом в мире. В 1989 году в звании генерал-майора в 85 лет он "вернул снаряжение", как это называют у нас. Давид Ласков три раза был удостоен премии Министерства Обороны и других почетных званий. Многие изобретения, которыми мы обязаны Давиду Ласкову до сих пор засекречены.

Давид Ласков предложил взять 7 бочек, которые использовались для хранения горючего, сварить их вместе, в самих бочках проделать отверстия и затопить. Такие "комплекты" бочек сбивали вместе и укрепляли стволами эвкалиптов в вязком дне. Так был создан своеобразный плот, который держался на вязком грунте и служил своего рода буфером. На этот "плот" и вокруг него сыпали смесь гальки и ила, взятые из устья реки Дишон. Бочки распределяли давление поровну и в результате дорога просела всего на 20 см. Смесь ила и камней ссыпалась и по краям и образовала своего рода волнорез. 

Меньше года понадобилось для создания этой дороги. Когда же пошли дожди и дорогу затопило, злые языки, ставившие под сомнение весь проект, торжествовали. Но когда снизился уровень воды, дорога вернулась во всей красе еще более крепкая чем была раньше. Дорога использовалась до 1958 года, пока не были осушены болота. Но еще сегодня можно увидеть ее, окруженную с обеих сторон тростником. 

А сама Дардара была разрушена в войну Судного дня Цахалем из опасения, что может быть захвачена сирийцами. Сегодня это стоянка для туристов, где можно разбить палаточный лагерь

В подготовке статьи были использованы презентация http://www.thebulgarianjews.org.il/_Uploads/dbsAttachedFiles/Mazeget_Dardara.pdf

И статья Шмуэля Цура "Дорога бочек из Хулаты в Дардару" https://www.ybz.org.il/_Uploads/dbsArticles/zur.pdf

Йоселе Розенблат - связь эпох

 Какая связь между сериалом латвийской киностудии "Долгая дорога в дюнах" и Эрец Исраэль? В четвертой серии Марту и Рихарда привозят в Ригу, в просторный восьмикомнатный дом. На стене фотография счастливой пары, в детской кроватки для малышей-близняшек. "Где хояева этой квартиры", спрашивает Марта. "Каждому свое", получает она в ответ. Рихард, чтобы разрядить обстановку, ставит пластинку. Звучит голос... Это был голос кантора Йоселе Розенблатта. 

Йоселе родился в 1882 году в Белой Церкви, недалко от Киева. Его отец был кантором в местной синагоге, и уже с 4 лет был замечен талант Йоселе. Поскольку отец был австрийским подданным, семья должна была переехать в Галицию, а оттуда в Вену. Там, уже в 13 лет Йоселе предложили продолжить обучение в консерватории, однако отец, мечтавший о сыне, как о будущем раввине, воспрепятствовал этому. 

Йоселе, который пошел по стопам своего отца все же стремился к развитию своего творчества. В 18 лет он был кантором в Мункач, а потом перебрался в Братиславу, община которой была более либеральной. В Бравтиславе Йоселе мог учиться музыке и даже ездил в Вену брать уроки по развитию голоса. Йоселе Розенблатт создавал свою музыку на лад которой он пел молитву. Такой прием называется речитатив. В Братиславе он издал и сборник своих сочинений, куда вошли 150 речитативов. Один из этих речитативов из молитв Судного дня мы слышим в фильме - "Хинени". В 1905 году он стал записывать себя на пластинки. 

Из Братиславы Йоселе переехал в Гамбург, где продолжил публиковать свои сочинения, а потом в США. В Америке его карьера достигла вершины. Он был кантором и время оот времени выезжал на гастроли. В Чикаго он получил приглашение в оперу, но отказал, считая, что кантор, как человек, уполномоченный общиной обращать молитву к Господу, не должен размениваться на оперу. В 1933 году он получил приглашение в Эрец Исраэль для создания фильма, звуковым сопровождением которого должен был быть его голос. "Мечта моего народа", так должен был называться фильм. После съемок он отправился искупаться на Мертвом море. После купания он почувствовал себя плохо и вернулся в Иерусалим, где скончался от сердечного приступа. Йоселе Розенблатт похоронен на Масличной горе.

Тоннель в Бейт Хадар

 

Этот дом стоит в квартале, который сегодня все стараются обойти - в квартале Неве Шеанан рядом с старой автобусной станцией, когда-то бурлящим центром южного Тель Авива с его улицей обуви, кинотеатром, где крутили фильмы для взрослых, дешевыми магазинчиками и "массажными кабинетами", в которых еще успели поработать новые репатрианки и туристки из бывшего СССР в начале девяностых. Квартал был построен 100 лет назад, когда 400 семей из Яффо выкупили участок с апельсиновым садом Шейх Али. Квартал был построен в форме семисвечника (улица Левинский была центральной улицей, к которой сходились остальные) и был урбанической альтернативой арабским и немецким поселкам в округе. Квартал так и не был достроен, что позволило в дальнейшем разместить здесь Центральную автобусную станцию (1940г.) и железнодорожный вокзал Тель Авив Даром (Тель Авив Юг). Население этого квартала - были рабочий и средний класс,  и как правило симпатизировали Хагане и МАПАЙ.

Между 1936-м и 1938-м годами напротив квартала неве Шеанан был построен высокий дом, запланированный для содержания учреждений. Его архитектор Карл Рубин построил его в международном стиле (Баухаус), но особенность его в том, что это был единственный в те времена проект в Эрец Исраэль, основанный на металлическом каркасе.  Это был Бейт Хадар. В подвале находился печатный цех, на первом этаже находилось агентство Форд, продававшее автомобили. Наверху дожны были размещаться учреждения Ассоциации выращивания цитрусовых (Хадар это цитрусовые), а на верхних этажах - огромные залы для конференций. В сороковых годах здесь разместился штаб и департамент расследований британской армии. В 1946 году, когда подпольщики Эцель и Лехи организовали волну диверсий против британцев, здание превратилось в "бевинград" - укрепленную крепость, окруженную колючей проволокой и противотанковыми ежами. Но для Гиди, Амихая Фаглина, архитектора самых известных и самых дерзких операций Эцель, чем укрепленнее был объект, тем сильнее стояла задача его уничтожить. И был создан план. Из углого дома на улице а-Шфела, который был наиболее близок к Бейт Хадар нужно было прорыть тоннель, пробить брешь в подвал и заложить там взрывчатку, по примеру гостиницы "Царь Давид". 

Чтобы обеспечить работу без подозрений, к хозяину дома пришел наниматель, Марк Каан и предложил более высокую цену за аренду. Кроме того, Марк Каан предложил хорошие деньги и за пустующий магазин внизу, там было намечено разместить овощной магазин. В квартирах быстро поменялись жильцы (помните, население поддерживало Хагану). Но жильцы ничего не знали. Их задачей было только держать рот на замке. Каждый день к магазину подъезжал грузовик. Он привозил лук и морковку, а увозил камни и песок. Руководил работой Акива Коэн. 

Акива Коэн был одной из самых легендарных личностей в Эцель. Во время войны страшный несчастный случай забрал у него жену, чтобы пережить эту травму он призвался в британскую армию, прошел войну, был в самых опасных местах. Он был универсальным солдатом и специалистом по взрывчатке. Каждый день он приходил на работу с началом рабочего дня и ровно в 16:00 закрывал люк. И каждый раз перед тем как закрыть люк он натягивал нить - на случай, если британцы узнают про туннель. Он даже поменял цвет провода на всякий случай, если британцы поймут что есть засада и захотят ее разминировать. Тоннель уже был уже почти готов. 

И все таки, жильцы из округи что-то заподозрили. Они не сообщили британцам, они сообщили в Хагану. В доме на соседней улице была мастерская, где Хагана производила стволы для стэнов - копии британских автоматов, с которыми потом Хагана воевала в войну за независимость. Хагана решила не вмешивать британцев и решить вопрос сама. 18 июня отряд Хаганы под вечер прибыл на место. Вход в тоннель был обнаружен, Зеэв-Менахем Вербер, специалист по взрывчатке спустился вниз. Неизвестно, что прервало его жизнь - нить детонатора или он перерезал неправильный провод. Раздался мощный взрыв. Британцы, услышав взрыв, включили прожектора и осветили округу. Увидев бойцов Хаганы они открыли огонь и отравили людей делать обыск в домах по соседству. Мастерская была раскрыта. Событие так потрясло еврейское общество, что Натан Альтерман написал стих "Я не воюю с братом", в котором призвал воевать с Эцель, так как Зеэв Вербер пал "защищая свою честь в смертельном тоннеле". 

Акива Коэн после войны за независимость стал мясником и поставлял мясо в киоски шавармы и шашлычные. В 1955 году Ицхак Шамир призвал его в Мосад, выйдя на пенсию Акива открыл ресторан шавармы в Кирьят Оно. Лишь в 80 лет он посетил могилу Зеэва Вербера, где дал волю своим чувствам и скорби. Сегодня его внук управляет рестораном и он называется "Шаварма Алони". Вход в тоннель до сих пор находится в этом доме, где сегодня гараж, в котором чинят мотоциклы. По нему можно пройти почти до стен Бейт Хадар.

Моше Александровский:

1922 год. Британское правительство Палестины приказало прекратить репатриацию. Уже не слышно в портах Эрец Исраэль песен радостного потока новоприбывших. Но несмотря ни на что, репатриация не прекратилась. А-Шомер послал Спектора в Бейрут, чтобы организовать перевоз новых репатриантов через Кфар-Гилади и Тель Хай. Эти два поселения находились тогда под французским мандатом, и Спектор должен был организовать нелегальную эмиграцию на границе. 

Британская граница проходила рядом с Возией (ферма на берегу реки Маханаим недалеко от Рош Пины), а в Халсе (сегодня Кирьят Шмона) стоял французский пограничный гарнизон. Французская полиция состояла в основном из ливанских арабов, с которыми можно было договориться. За небольшую плату они "не замечали" караванов с репатриантами, которых перевозили через границу. Но опасность грозила со стороны британцев. Перед каждой переброской мы посылали людей в Возию следить за английскими пограничниками. 

Только когда опытные глаза разведчиков видели, что не угрожает никакой опасности, караван отправлялся в путь. Переходы всегда организовывались под покровом ночи и в дождь. В те дни еще не проложили дорог в Галилее и транспорт шел по бездорожью и нередко вяз. Караваны, перевозившие по 30-40 человек отправлялись в Тверию. Людей перевозили на телегах, в которые впрягали три-четыре пар мулов. Путешествие длилось почти сутки по колдобинам и выбоинам, но сопровождавшие не чувствовали усталости, понимая важность своей миссии.

Британцы требовали от французов усилить охрану своих границ. И как-то, когда наш караван приближался к Халсе оттуда к нам на встречу из засады выскочил отряд французских пограничников. Эшбаль, назначенный сионистским руководством как сопровождающий, испугался и умолял наших людей: "Заплатите французам сколько захотят, только чтобы они не сдали нас британцам". Распрощались мы с пограничниками взамен на мешок ячменя, пачку сигарет и несколько лир. Из этого случая сионистское руководство поняло как мы ведем дела и больше не предъявляло нам претензии будто мы расточительны. Примерно 2 года еще мы занимались перевозкой нелегальных репатриантов, но когда Метула, Кфар Гилади и Тель Хай были присоединены к британскому мандату, нам пришлось прекратить на какое-то время наши действия.

Ам Лохем - провозвестник борьбы с Британией

Всем известен конфликт между Хаганой и Эцелем, который в процессе перерос в конфликт между левыми и правыми в Израиле. Левые часто используют для объяснения своей вражды довод: "Эцель начал борьбу с британцами, когда те воевали с Гитлером".

Но на самом деле не все так просто. Перелом во второй мировой войне уже произошел, но Британия продолжала держать ворота Эрец Исраэль закрытыми для многих беженцев, которые еще могли спастись. Более того, британцы распускали слух что среди беженцев есть немецкие агенты и коммунисты, лишая их возможности спастись даже в других странах. Молодежь в самых широких кругах видела в Британии врага. Как в Эцеле, так и в Хагане.

Идея выступить против британцев родилась не в командовании Эцеля, а среди тех, кто откололся от организации в 1940 году, но не примкнул к Лехи. Элиягу Ланкин и Элиягу Равид решили создать свою организацию, в которой нашли бы себя и те, кто ушел в Эцель и те кто остался в Хагане.

Элиягу Равид. Член Лехи. Был выдан британцам бойцами Хаганы в период "Сезон". После войны за независимость занимался издательством и аудиторством.

Элиягу Ланкин. Член Эцель. Был выдан бойцами Хаганы британцам и отправлен в концентрационный лагерь в Эритрею. Бежал, находясь в изгнании организовал отправление "Альталены". Был арестован и содержался в секретной тюрьме. После освобождения стал одним из лидеров движения Херут и был членом Кнессета первого созыва.

Они объединили бойцов в организацию "Ам Лохем" - "Сражающийся народ". Ланкин и Равид обратились к активистам Хаганы и к ним присоединились Йосеф Эдельберг, один из командиров Хаганы в Хайфе, Йигаль Горовиц, член мошава Нахалаль и лидер молодежного движения "аНоар аОвед" (рабочая молодежь). Движение поддержал даже Моше Даян, хотя официально не вступил в него. Название организации дал Йигаль Горовиц, чтобы подчеркнуть что она не принадлежит ни одной партии и ни одной идеологии.

Йигаль Горовиц Присоединился к МАПАЙ и был членом центра партии с 1961 по 1965 год. Вместе с Бен гурионом ушел из МАПАЙ в РАФИ, а потом в "Государственный список". В 1969 году стал членом Кнессета. После ухода Бен Гуриона "государственный список" присоединился к Ликуду. Министр финансов и министр торговли и промышленности в правительстве Бегина.

Идея создания "Ам Лохем" будоражила умы. Споры велись везде, включая Пальмах. Основатели решили начать с самой громкой операции - с захвата британского наместника МакМайкла, олицетворявшего здесь британскую политику Белой Книги, и предания его суду с последующим изгнанием на Кипр.

Гарольд МакМайкл (в центре). Был назначен на пост верховного комиссара в 1938 году. МакМайкл ввел приведения смертного приговора для евреев в Эрец Исраэль. его правление было ознаменовано приведением смертного приговора через повешение Шломо бар Йосефа. Подпольщики преследовались и уничтожались без суда, пойманным и раненым не оказывали помощи и они умирали от ран и избиений. МакМйкл стоял за отказом "Струме", в следствии которого она вышла в Черное море, где была сбита по ошибке советской торпедой. 769 беженцев, евреев из Румынии, потонули. МакМайкл умер своей смертью в графстве Кент в 1969 году.

Была назначена дата похищения (29.11.43) и даже был выкопан бункер в окрестностях Петах Тиквы, где должны были содержать верховного комиссара Палестины. Трудно сказать, что было бы, но в последний момент о плане узнало командование Хаганы и лидеры Сионистского руководства. Они сразу же запретили операцию и вышли с заявлением, что "Ам Лохем" на самом деле является организацией Эцель и запретили всем членам Хаганы в нем участвовать. Операции таких масштабов испугались и в Эцеле. Иерусалимское командование отказалось предоставить оружие для бойцов. Операцию были вынуждены отменить. Инициатива создания "Ам Лохем" и его фиаско положили конец всяким контактам между бойцами Хаганы и Эцеля, а бойцы Хаганы, поддержавшие и вступившие в "Ам Лохем" были разбросаны по подразделениям чтобы они не смогли вести активную пропаганду этой идеи. И все же, в 1945 году Моше Снэ, Менахем Бегин и Натан Фридман (Ялин Мор) объединили усилия в единой борьбе против Британии и политики Белой Книги. И это были славные страницы в борьбе подпольщиков.

Бирия - символ воли и стойкости

 Порой, проезжая Кфар Тавор, видишь большую бочку с надписью "Бирия наша". Бирия, деревушка возле Цфата, стала символом нашей борьбы за свою землю. 

Ёще в древние времена составления Мишны и Талмда встречается упоминание о Бирии. Раби Элиэзер из Бирии, Абба Бираи и другие. В 16 веке Йосеф Каро составил в Бирии первый том книги "Шулхан Арух". 

В 1937 году комиссия Пиля в Иерусалиме впервые составляет карту разделения между еврейской и арабской частями британского мандата. Так появилась будущая страна в форме буквы N. Она тянулась по побережью до Хайфы, оттуда шла в Изреэльскую долину и в районе Кинерета поднималась тонкой полоской на север. Чтобы определить будущие границы, британцы разрешили построить три крепости - в Хококе, в Бирии и в Рамот Нафтали. Эти крепости создавали связь между поселениями на Кинерет, Рош Пиной и удаленными поселениями Рамот Нафтали - Тель Хай, Кфар Гилади, Метулой. Земли Бирии были выкуплены задолго до этого бароном Ротшильдом и их обрабатывали земледельцы из Рош Пины. 

8 января 1945 года отделение Пальмаха поднялась на место и была построена крепость. Это было особенное отделение - религиозное. Оно было создано в кибуце Ган Явне. Его бойцы отличились в дальнейшем в защите Кфар Эциона. В Бирие они тренировались, собирали оружие и помогали переправлять нелегальных репатриантов, пробивавшихся через Ливан и Сирию в Эрец Исраэль. В октябре Хагана и Пальмах объединились с Эцель и Лехи в движение, получившее название а-Мери а-Иври, еврейский протест против политики Британии, препятствующей всеми силами проникновению беженцев из Европы, переживших Катастрофу, в Эрец Исраэль. Хагане и Пальмаху было важно показать британцам, что те имеют дело с силой, способной на борьбу ради своего народа. В феврале 1946 года планировалась операция по нападению на британские полицейские крепости. Крепости были построены в процессе арабского восстания 1936-1939 годов и считались довольно успешным проектом в борбье с террором. И поэтому удар по ним мог вызвать широкий общественный резонанс. Операция планировалась на 21 февраля, но в крепости Хар Кнаан находились узники - бойцы Пальмаха, которых арестовали за оказание помощи нелегальным репатриантам и собирались перевести в Иерусалим. И поэтому было решено ударить по крепости немного раньше - 6-го февраля. Бойцы Бирии должны были устроить заслон. Нападение было провалено, а Бирия, как ближайшая известная британцам база Пальмаха, была "взята на учет". 21 февраля произошло организованное нападение на полцейские крепости, известное как "Ночь полицейских участков". Нападение удалось лишь частично, но это заставило британцев нанести ответный удар. 

27 февраля они окружили Бирию. В прцессе обыска были найдены тайники. 24 бойца были отправлены в тюрьму в Акко. Британцы запретили евреям вернуться и восстановить  Бирию. 14 марта, (11 адара по еврейскому календарю) намечалось традиционное шествие молодежных организаций в Тель Хай, к памятнику "Рычащий лев" и на могилу Иосифа Трумпельдора. 2300 человек свернули с пути и отправились в Бирию. Они восстановили крепость и 150 из них остались на ночь. Британцы привели туда 3 тысячи солдат, с танками и броневиками. Молодежь лежала на земле скрестив руки друг с другом. И тем не менее, британцы хватали их за ноги и тащили. молодые безоружные ребята хватались за коряги, за землю, за деревья. Но это им не помогло. После этого британцы с танками разрушили все постройки. 

Но и это не остановило евреев. Когда британцы закончили 300 человек снова тайно поднялись в Бирию. Им стали помогать жители Цфата. Чтобы остановить британцев, был пущен слух будто в Бирии находится более 1200 человек. И это сработало - британцы уступили и Бирия стала поселением молодежного движения Бней Акива. 

После войны за независимость Бирия потеряла актуальность как укрепленная позиция. Земли вокруг не были пригодны для сельского хозяйства и ее основатели отправились восстанавливать кибуцы Эйн Цурим и Масуот Ицхак. Крепость восстановили и сегодня там находится музей, рассказывающий историю этого места.

Только с последним евреем - конец нашей надежды

Нафтали Герц Имбер написал черновик этой песни еще в Румынии в 1878м году. На нее его вдохновила другая, немецкая, которую с воодушевлением пели немцы. Ее учили в школах наизусть. Эта песня начиналась словами "Пока еще течет Рейн..." Пока еще...

Евреи тоже могут быть патриотами. Своей нации, своего отечества, своей души. И конечно, не как песня Николауса Беккера, а в духе еврейских поэтов, она начинается ответом пророкам. В частности пророку Йехезкелю на его слова:

И сказал Он мне: сын человеческий! кости сии — весь дом Израилев. Вот, они говорят: "иссохли кости наши, и погибла надежда наша, мы оторваны от корня". 

Нет, не погибла наша надежда! Пока еще бьется сердце, душа еврея жива, на восток, к Сиону, взором обращена!

В 1886 году песня впервые увидела свет в сборнике "Баркаи", после окончательной редакции в 1884 году. 

В 1887 году в Ришон леЦионе она приобрела свою музыку и новые слова - это была заслуга педагогов Исраэля Белкинда, Давида Юдалевича и Йегуды-Лейба Матмон-Коэна, которому и приписывают три строчки в певом куплете. 

Еще не потеряна надежда, надежда в две тысячи лет, быть свободным народом в своей стране - Страна, Сион, Иерусалим!

Песнь Тикватейну приобрела популярность. Она стал гимном Реховота, гимном Ховвей Цион. В 1895 году его впервые услышали евреи в изгнании. И тогда песня поменяла имя на "Хатиква". Надежда всей нации. На злополучном конгрессе в 1903 году, где Герцль, отчаявшись в своих попытках получить чартер на Эрец Исраэль, предложил проект Уганды, в самом конце спонтанно раздалась эта песня и захватила собой весь зал. Особенно сильно звучали слова "Взор к Сиону обращен", как протест предложенной программе. В 1933 году, на 18 сионистском конгрессе "Хатиква" была признана национальным гимном.

Непомилованная Рухама

Одна из малоизвестных страниц в истории борьбы нашего народа за право быть свободным народом на своей земле написана о Рухаме. А малоизвестная она зря, потому что это поселение внесло очень важный вклад и пережило непростую историю.

Основана Рухама была московской артелью Шеерит Исраэль в 1911 году и названа - Шеерит Исраэль, мошав Рухама беНегев Йегуда. Само название стоит объяснения: Шеерит Исраэль - остаток от народа Израиля, беНегев Йегуда - странно, ведь могли просто написать беНегев - то есть в пустыне Негев. Но на самом деле "Негев" имеет значение "Юг". Так же как "Кедем" - "восток". Например, погромы, которые были организованы царской охранкой после убийства царя Александра II, назывались бурей в Негеве, так как прошли они в основном в южной части Российской Империи, там где сегодня Украина. Поэтому Негев Йегуда означает южную Иудею, а не пустыню Негев, поселения в котором в те времена вызвали бы скорее недоумение среди евреев в Европе. А вот слово Рухама? 

Йехиель Членов и его товарищи выкупили 6000 дунамов (1 дунам = 1000 кв. метров) у арабской деревни Джамама, которая переводится как Шмама (пустошь). Но разве назовут евреи будущий сад пустошью? И вспомнили слова пророка Осии: "И будет в тот день, Я услышу, говорит Господь, услышу небо, и оно услышит землю, и земля услышит хлеб и вино и елей; а сии услышат Изреель. И посею ее для Себя на земле, и помилую Непомилованную, и скажу не-народу Моему: "ты Мой народ", а он скажет: "Ты мой Бог!" И Непомилованная (Аль-Рухама) стала Рухамой (помилованной). 

Рухама пережила взлеты и падения. Еще до первой мировой войны Рухама стала одним из центров организации "аШомер". Первое падение было в 1917 году, когда британцы наступали с юга. За день до прихода британских войск жители Рухамы были арестованы и изгнаны османскими властями, а их хозяйство разграблено местными бедуинами. 

Но Рухама снова расцвела. В 1920 году в Рухаме уже было 30 семей, в 1921 году Рухама выстояла. Хотя уже тогда евреи обрабатывали лишь 1200 дунамов из 6000, остальные были "отданы" бедуинам. количество семей сократилось до 13. Рухама была разрушена в 1929м и восстановлена в 1932, но во время арабских беспорядков 1936-1939 годов снова была разрушена и оставлена. В 1943 году группа ребят из аШомер аЦаир поднялись на земли Рухамы и снова был слышен иврит в пустыне. Земли Рухамы - многометровые осадки пыльных бурь стали плодородной почвой в заботливых руках поселенцев. А ее овраги - местом тренировок Хаганы и испытаний продукции будущей оборонной промышленности "страны на пути".  Рухама так же была важным пунктом для нелегальной репатриации.  Боцы Еврейской Бригады одалживали свою форму беженцам и оформляли им документы для "отпуска на родине". Новые репатрианты прибывали в Александрию и оттуда в Эрец Исраэль. В Рухаме они получали новые документы, а форма и документы бойцов возвращались в Италию, где воевала Еврейская Бригада. Здесь проходили курсы командиров Хаганы, здесь пристреливали "стэны" и проверяли гранаты "U.S.A" (Unsere Sticke Arbeit"). 

Взрывы насторожили бедуинов и те сообщили британцам. Британцы стали готовить операцию по плану "Агаты", известной в еврейском йешуве как черная суббота. ШаЙ (еврейская разведка, бущий ШАБАК) получил информации и сообщил кибуцникам о готовящемся обыске. У британцев было все - карта кибуца, вероятные места тайников (и они были очень близки к истине!) Все тайники за одну ночь были вывезены и перепрятаны. 28 августа 1946 года британцы взяли в осаду Рухаму. 2000 отборных солдат - десантников были привлечены для обыска. Искали везде. Обыски в домах, разрушили пекарню, столовую, людям не давали спать. Кибуцники не старались помочь британцам. Они закапывали в разных местах металлические бруски, которые находили с метллоискателем, разбрасывали по кибуцу перец, сбивая нюх у собак. Кибуц был отрезан от остального мира. Никто ничего не знал. Лишь на третий день удалось кибуцникам сообщить о том, что происходило. Наконец на седьмой день британцы нашли бункер. После такого грандиозного обыска в течении недели и нулевых результатов бункер казался британцам невероятным успехом. Для открытия бункера и демонстрации находки было приглашено начальство из Иерусалима и проплаченные корреспонденты, которые должны были осветить это событие в британских газетах. Однако британцев ждало разочарование. Бункер был пуст! Все, что нашли британцы за эти семь дней - ржавая винтовка и солдатская форма. Озлобленные, они громили кибуц, избивали попавшихся им людей, колодец служивший источником воды они забросали металлическими брусками. 

Британцам пришлось уйти. Их неудача не только ударила по престижу британской империи. После удачной находки в кибуце Ягур планировалась операция по обширному обыску во всех кибуцах и звонкий как пощечина провал в Рухаме сорвал ее проведение.

Самый первый муниципалитет Тель Авива

В 1921 году британский министр колоний Уинстон Черчилль посетил Эрец Исраэль. Хотя целью его визита была встреча с эмиром Абдаллой и выполнение обязательств перед его отцом (нам это стоило отторжением заиорданской части Эрец Исраэль, превращением ее в Трансиорданию и созданием арабского легиона - самого серьезного врага Цахаля в войну за независимость), Черчилль все же нашел время, чтобы посетить Тель Авив. Говорят, Дизенгоф, глава комитета Тель Авива (мэрии тогда еще не было), приказал принести на бульвар Ротшильд, тогда еще довольно пустынный, эвкалипты и установить их там, чтобы впечатлить дорогого гостя зеленью молодого города. Но пара эвкалиптов упала, что привело к некоторому смущению. "Нужны корни. Без корней нет ни деревьев ни народа", с улыбкой сказал Черчилль.

На фотографии - Дизенгоф и Черчилль, за их спиной Бэйт аВаад. Это было самое первое сооружение в будущем городе, так как над ним возвышалась водонапорная башня, откуда должна была поступать вода в будущие дома. Под этой башней была маленькая комната, которая и называлась "Бэйт а-ваад", и где проходили заседания квартального комитета. Иногда не хватало места и заседания переносились в соседний дом - дом Меира Дизенгофа. Когда в Тель авиве был пойман первый злоумышленник, подсматривавший за благородными дамами, его посадили в эту комнату дожидаться полиции. Так под водонапорной башней возник и первый полицейский участок. В 1921 году это сооружение превратилось в просторное трехэтажное здание и 11 мая с его крыльца было провозглашено о том, что Тель Авив стал независимой муниципальной единицей - городом. Дом рос - в 1925 году добавилась пристройка пожарной охраны - первая пожарная станция в Эрец Исраэль, а в 1930-м и первая станция скорой помощи, которая превратилась позднее в Маген Давид Адом. 

История, связанная с этим зданием, небольшой курьез в истории, описана Нахманом Листом в его воспоминаниях "Прав был Коминтерн..."

Всего через несколько месяцев после того, как я присоединился к партии, на меня была возложена ответственность организовать первомайскую демонстрацию. Это было в 1925 году.

Демонстрация должна была выйти с площади Ремесленников (кикар Баалей Мелаха, сегодня Кикар а-Мошавот) по направлению к морю по улице Алленби. План демонстрации был подробно разработан товарищами из партии и левой фракции Поалей Цион. Участники этого святого мероприятия были призваны и поделены на группы в 5-6 человек и поселены по комнатам и баракам, снятым в округе - в Маншие, в Керем тайманим. Были организованы связные - девушки, гимназистки из "Герцлии" и "Геулы", которые в назначенный час должны были дать сигнал. 

Вдруг вбегает Бен-Йегуда, и сообщает, что буквально несколько минут назад прошли по площади Поалей Цион и теперь там полно полиции. 

Стало ясно, что наши товарищи будут арестованы как только прибудут на место, и демонстрация может закончиться, даже не начавшись. В моем мозгу блеснула дерзкая мысль:

Я приказал чтобы две наиболее преданные группы отправились на бульвар Ротшильда, прибыв туда, подняли красное знамя и с пением Интернационала двинулись в сторону Бейт аВаад, который находился там, где сегодня стоит памятник основателям города. Там же находился и штаб полиции Тель Авива. 

В штабе началась паника. Полицейские были срочно отозваны с основного маршрута демонстрации, окружили горстку демонстрантов в 15 человек и арестовали всех, кроме "япончика", юркого спортсмена, который спрятал знамя и прорвал окружение согласно четким указаниям, которые он получил заранее. 

В то же время на кикар Баалей Мелаха была организована демонстрация, и без эксцессов прошла по улице Алленби в сторону моря. И только Тененбаум (Йегуда Арази, в 48-м отвечал за поставку оружия из Чехословакии), который был назначен на борбу с коммунистами в полиции Тель Авива, сопровождал ее на своем велосипеде, свистел и кричал "Разойтись!", но никто не обращал наа него внимания. 

Демонстранты пели в полный голос, Бен Йегуда произнес речь и дальше уже не знали что и делать. Согласно плану, демонстация должна была закончиться атакой полиции и борьбой демонстрантов с полицейскими, однако никого не было. Но, наконец пришли полицейские и все закончилось как нужно.

Комплекс был разрушен в 1942 году, а в 1947-м на его месте был воздвигнут памятник основателям города.