Колыбель революции

Сегодня турист, посещающий Тверию, Голанские высоты, Каппернаум, смотрит на гладь озера, его грудь расширяется, он жадно вдыхает как можно больше воздуха, и говорит в душе: "Как прекрасен Кинерет!" Это имя так ассоциировалось с озером, что лишь самые ревностные христианские паломники назовут его сегодня Галилейским морем. Но в самом начале, название Кинерет относилось не к озеру. Наш рассказ о том, как здесь, на берегу озера, началось строительство государства. Государства с определенным общественным строем. Государства, в котором все будут равны. Государства, которое станет примером всему миру. Речь пойдет о коммуне.

Первая коммуна

Коммуна не была изобретена здесь. Первые коммуны появились во Франции. Коммуну создали так же герои книги Чернышевского "Что делать". Однако именно здесь коммуна как организация, как идея, находит благодатную почву. Она растет, преображается и становится тем ядром, тем костяком, которое перевернет мир и совершит невозможное – построит государство.

Вторая волна репатриантов – это молодые люди с идеалами и идеями. Малыми группами и поодиночке просачивались они в Палестину, в страну, которая их не хотела. Они встретили здесь представителей первой волны. Это были зажиточные люди, многие из них уже выкупили свои хозяйства, у них работали их соседи арабы. Им не нужны были эти эпикойресы – почти дети, отошедшие от религии, и бредившие идеями равенства. Они не принимали их всерьез. "Научитесь работать сначала, арабы работают в разы лучше вас. Научитесь, приходите." Это отчаянное положение репатриантов видели как Керен Кайемет (ККЛ), так и новое "Учреждение Эрец Исраэль" во главе с Артуром Рупиным. Рупин создавал учебные фермы. Он пригласил из Франции и Германии агрономов, цель которых была научить молодежь. Но у молодежи были свои планы.

Аарон Давид Гордон

Идеологом нового движения становится Аарон Давид Гордон. Прибыв в Палестину уже в зрелом возрасте, он отказывается от всех интеллигентских привычек, предаваясь единственному, что имело смысл – работе на земле. "Старик с мотыгой", называли его. Он выдвигает доктрину "обновления человека". Физический труд на земле обновляет душу человека, а коллективный труд на родной земле оздоровляет душу нации. Молодежь выдвигает следующие лозунги: завоевание языка, завоевание труда и завоевание охраны. 

Завоевание языка – потому что править будет тот народ, чей язык будет звучать в этой стране. Завоевание труда – лишь тот народ, который трудится на этой земле будет ею владеть. Завоевание охраны – лишь тот, кто способен защитить себя и свои интересы сможет создать и отстоять свое государство. Ключевое слово "Завоевание", потому что еще в России прозвучал лозунг: Права не даются, они берутся силой. 

Самая первая известная коммуна – Коммуна Ромны, насчитывала 9 человек. 7 молодых парней и 2 девушки. Когда они приехали, их направили на посадку леса. Самый первый лес ККЛ в Палестине должен был быть посажен в районе Хульды, это восточнее Реховота. Лес был посвящен Герцлю, основоположнику сионизма. На посадках работали арабы. Роменские первым делом стали выкорчевывать саженцы. Подоспевший агроном, Берман, спросил их, зачем? "Мы не хотим, чтобы лес Герцля был посажен кем-то кроме евреев," ответили они. Ребята понравились Берману, и когда Рупин приобрел земли рядом с Галилейским морем и направил туда Бермана, последний взял с собой Роменских. Он еще не знал, что имеет дело с коммуной.

Так на берегу Галилейского моря появилась ферма. Пройдет совсем немного времени, и эта ферма начнет притягивать к себе не только молодых людей, мечтающих создать свою коммуну, но и идеологов, лидеров сионистской молодежи, таких как Трумпельдор, Бреннер, Каценельсон, Шазар. Эти места посетит молодой Агнон. Именно он даст имя этому месту, Кинерет. А пока это были Берман и коммунары. Они не приняли его управленческого подхода, поручений согласно его видению выгоды. А он не мог принять их принципов, желания делить все поровну. Ведь как тогда появится стимул соревнования, как появится желание быть лучшим? 

Взаимоотношения с Берманом обострились, когда один из коммунаров заболел. Его пришлось отвезти в больницу, где он и умер. Узнав об этом, коммунары попросили две повозки, привезти тело и похоронить товарища. Берман отказал и послал их на работу. Никого не спросив, коммунары развернулись и отправились пешком в Тверию. На похороны они опоздали. Вернувшись, они объявили забастовку. Роменская коммуна решает уйти. Они уходят в Хедеру и там становятся Хедерской Коммуной. Так разразился первый политический конфликт между сионистским руководством и рабочими людьми. Артур Рупин едет в Галилею. Он уладит конфликт Соломоновым решением – разрубит ребенка на двое. 

Коммуна получает Ум Джуни – земли южнее Кинерета к востоку от Иордана, а Берман получает Кинерет. Следующая коммуна, пришедшая в Ум Джуни, жила по принципу итальянских коммун. Чтобы не осесть, не превратиться в крестьян, в кулаков, сохранить идеалы равенства, они приняли решение не находиться на одном месте. Достигнув впечатляющих показателей, доказав преимущество своего подхода к работе, они ушли на новое место. Эта коммуна создавала новые и новые киббуцы. Рупин увольняет Бермана и предоставляет ферму Кинерет молодежи. 

Теперь, из учебной сельскохозяйственной фермы Кинерет превращается в идеологический инкубатор новых коммун. Отсюда они пойдут создавать киббуцы Кинерет, Афиким, Эйн Гев, Мааган. В 1910 г. Хедерская Коммуна возвращается в Ум Джуни. Теперь она назовется киббуц Дгания.

Как это работало? Как получилось так, что система, высмеянная всеми экономистами как несостоятельная, сумела построить государство? Сумела создать армию и победить в войне пять хорошо вооруженных арабских стран? Самоотречение – вот ключ ко всем дверям. Самоотречение во всем. В языке, только иврит! Ни идиш, ни польский или русский. Мы новый народ, мы принадлежим новой культуре и будущее принадлежит нам. В работе. Работа превращалась в творчество. В этом творчестве укреплялась связь человека с природой, природа возраждалась. В личной жизни. Основа идеи в том, что первичное жизненное ядро – это не семья, а индивидуум, совершенно добровольно выбирающий коллектив. 

Это была вера. Вера не только в киббуц, вера, что первостепенная роль каждого человека – это строить свою страну, находиться в самых трудных условиях, проявить себя через тяжелый ручной труд, не эксплуатируя других. Для них жизнь в киббуце – это было самое замечательное, что они могли бы пережить. Решения принимаются вместе. Вечером собираются все и решают, кто куда пойдет завтра, кто возьмет мула в поле, кто будет доить корову, кто займется птицей. Споры затягивались допоздна. Но в этом и был весь смысл.

Однако, так устроен мир, и очень скоро жизнь внесла свои коррективы в жизнь киббуца. Первые свадьбы были сыграны в 1912 г. Родился первый ребенок. Имя ему было выбрано на собрании. Кто будет растить ребенка? Тогда для всех было ясно – его мать. Значит, она не будет работать, за что тогда ей платить? Разгорелись споры. Когда появился второй ребенок в киббуце, Моше Даян, пришло предложение – создать детский дом. Дети принадлежат киббуцу. Мать, Двора, поднялась – "через мой труп". Семья Даян и еще несколько членов не приняли решения собрания – они организовали первый мошав, Нахалаль – кооператив, работающий на общей земле, где каждая семья получает свой надел и свою собственность.

Мошав Нахалаль

В истории Кинерета много имен. До первой мировой войны здесь успели побывать многие, Трумпельдор, Бреннер, Каценельсон. Но об одном человеке должен быть особый рассказ. 

Пять копеек о Холокосте.

Общество в сети всколыхнуло новое интервью Натали Портман, молодой, но уже известной актрисы, обладательницы премий «Оскар» и «Золотой глобус», к тому же активистке движения JStreet, американской еврейской организации, поддерживающей демократическую партию.

«Я думаю, что это на самом деле большой вопрос, который еврейская община должна поставить перед собой: какое место в образовательной системе должна занимать история Холокоста? Это, безусловно, важная проблема, изучать ее необходимо, но должен ли Холокост иметь приоритет над другими подобными событиями?» – заявила Натали Портман британскому изданию Independent. Актриса отметила, что в ходе посещения одного из музеев она узнала о геноциде 90-х годов в Руанде, и эта трагедия потрясла ее: «В то время как еврейская Катастрофа занимает центральное место в системе образования стран Запада и Израиля, о других подобных явлениях, причем относительно недавних, мы не знаем практически ничего» — пишет сайт Jewish.ru

Неудачное сравнение можно было бы объяснить плохим воспитанием, но настоящая проблема не в этом. Когда мы говорим о Холокосте, мы не только требуем от себя, евреев помнить и чтить память павших, мы требуем так же и от всего цивилизованного мира помнить и осознавать, что произошло с нашим народом в Европе. Однако, задавая в сети вопрос почему, я не получил ответа, более того, другие участники диспута сочли этот вопрос провокационным. Тем более следует разобраться, почему Катастрофа так уникальна и почему это должен быть урок всему человечеству.

Во Второй Мировой войне фашистами были уничтожены в лагерях смерти 6 миллионов евреев, треть еврейского народа. Эти слова являются фактически жирной черной чертой, подведенной под всей той Катастрофой, постигшей нас в просвещенной Европе. Европе Эйнштейна и Фейхтвангера. Европе Гете, Шиллера и Вагнера.

Внимательно всмотревшись сквозь призму времени, треть всего еврейского народа – это не самая большая катастрофа, постигшая наш народ за две тысячи лет в изгнании и более того, с начала его существования. Катастрофы и истребления сопутствовали нам еще со времен египетского рабства, когда указом фараона народ был брошен на изнурительные строительные работы, цель которых была изнурить и ослабить народ-монотеист, ввести его в отчаяние и, возможно, он ассимилируется. Когда фараон увидел, что это не помогло, он приказал убивать младенцев мужского пола. Сие великое угнетение было столь ужасно, что оно описано в Торе. Так почему Катастрофа так уникальна?

Ассирийская империя вторглась в наши просторы в седьмом веке до новой эры. Она унесла и рассеяла десять колен Израилевых. Десять из двеннадцати. Это не одна треть. Представьте себе народ, девяносто процентов которого уничтожает враг. Может ли он восстать, восстановиться после этого, может ли забыть своих братьев? Так почему же Катастрофа так уникальна?

В Великом Иудейском восстании, до подробностей описанном величайшим историком того времени Иосифом Флавием, римляне стирали еврейские города с лица земли. Они не щадили никого, женщин, детей, стариков, единственной виной которых было то, что они жили на восставшей земле. Римляне сожгли Великий Храм и фактически стерли с лица земли Иерусалим, столицу всего иудейского народа. Иудеев убивали не только в Иудее. Волна убийств прокатилась по всем иудейским колониям Римской Империи. Так почему же Катастрофа так уникальна?

Самое малоизвестное в еврейской истории восстание Бар-Кохбы было подавлено с особой жестокостью. Наверно, нет в истории Израиля события более разрушительного чем это. Чтобы подавить восстание императором Адрианом был послан полководец Северий. Он решил подавить восстание опустошением. Он входил в деревни и города, ловил людей так, как ловят зверей. Кого не получалось – убивали. Пойманных продавали в рабство. Цена на рабов упала настолько, что можно было десяток купить за пригоршню медных монет. Кто мог, бежал в пещеры. Северий приказал не входить в пещеры, но и не отступать от них. Обезумевшие от голода люди пожирали своих близких, пожирали самих себя. Адриан запретил изучать Тору под знаком смерти и переименовал Иудею в Палестину, дабы уничтожить даже память о свободолюбивом народе. Мы потеряли Родину на две тысячи лет. Так почему же Катастрофа так уникальна?

Наш народ прошел через горнило походов крестоносцев, костров инквизиции, изгнаний, грабежа и насилия.

Иди. Вскарабкайся под крыши

на чердак:

Предсмертным ужасом еще

пропитан мрак...

И загляни ты в погреб ледяной,

Где весь табун, во тьме сырого свода,

Позорил жен из твоего народа —

По семеро, по семеро с одной.

Загляни

В ямской сарай за городом у сада –

Войди туда. Ты в капище резни.

Это еще не Катастрофа. Это написал Бялик после посещения Кишинева в 1903 г. в поэме "Сказание о погроме". Так почему же Катастрофа так уникальна?

Но ведь дело в том, что если все эти бедствия, случившиеся с нами в прошлом, происходили в духе времени, ведь понятно, что такая у римлян была мораль, фараон тоже немало своих загубил, ассирийцы, те вообще переселяли народы по всему Леванту. Только Катастрофа шла вразрез с нормами, с понятиями, с развитием цивилизации.

В конце 19-го века появилась на свет новая псевдонаука – теория рас. Поскольку христианская юдофобия окончательно скомпрометировала себя, в Европе торжествовала эмансипация, новая теория дала второе дыхание антисемитизму. Собственно, это и было рождение антисемитизма. Теперь евреи определялись как раса. Раса семитская. В европейских странах в это время живут представители германских рас, высшей среди них считается арийская. Арийцы наделены всеми самыми лучшими качествами и расовое смешение ведет к ослаблению этих качеств. Семиты же не имеют отношение к Европе и препятствуют на пути прогресса, ослабляя своим присутствием сильные расы. В этом состояла суть нового антисемитизма, эта, и никакая другая причина, вела к решению судьбы европейских евреев.

С этого момента уже не стоял вопрос ни религиозный (евреи распяли Христа), ни финансовый (ротшильды завладели миром). Это уже был медицинский вопрос, как избавить Европу от евреев. В этом смысл Катастрофы. Но не весь смысл. 

Потому что евреев можно было все еще спасти. Ведь Лига наций вручила Великобритании мандат на западную Палестину с целью создания там национального еврейского очага. Ведь США, страна эмигрантов, «новый Израиль», могла принять у себя людей, спасающихся от страшной участи, от лишения прав, от возвращения в гетто, от желтого лоскута на рукаве. Ведь были и другие страны.

В июле 1938 г. эти страны собрались на конференцию в французском городе Эвиан-ле-Бен. 32 страны. Великобритания, уже издавшая Белую книгу, в которой определялся срок в 5 лет, в течении которых она намерена принять в Палестине 75 тысяч евреев, прежде чем навсегда закрыть ворота, отказалась что-то менять. Для Америки принятых 27 тысяч уже было достаточно. А Австралия отказалась, "чтобы в ней не появилось такое уродливое явление как антисемитизм. 32 страны "дали добро" Гитлеру на его действия против евреев. В этом смысл Катастрофы. Но опять же, не весь смысл.

Еще не было директивы, и еще немцы не вошли в Чехословакию, но государственная немецкая машина пропаганды набирала обороты в своей антисемитской травле. Погромов по образу царской России еще не было. Но это не мешало штурмовикам хватать евреев на улицах, затаскивать в фургон и там избивать до полусмерти. То же было и с детьми, и с женщинами. Начались требования обозначить еврейские магазины. Евреи нашивали желтые магендавиды. Евреям запрещалось ходить по тротуару. Евреям запрещалось посещать парки. Это было обезличивание. Шаг за шагом унижение и лишение человеческого достоинства было жестче и страшнее. Загнанный и раздавленный государственной машиной РАСОВОГО притеснения еврей терял всякую способность противостоять насилию. В еврейской среде участились самоубийства. В этом смысл Катастрофы. Но опять же, не весь смысл.

Ванзейскую конференцию, принявшую решение о путях и средствах воплощения в жизнь окончательного решения еврейского вопроса считают началом Катастрофы. Но на самом деле, это всего лишь было собрание начальников лагерей, доложивших о готовности газовых камер. К моменту этой конференции в Даугавпилсском гетто из 20000 согнанных туда человек оставалось меньше 4000. Машина уничтожения набирала обороты.

Это была особая машина. И в ее работе участвовали все. Людьми двигала зависть, ненависть, а иногда просто возможность поживиться еврейским добром. Порой даже не это, а просто немецкая тушенка и стакан шнапса. В этой машине участвовали все. Журналисты свободного мира знали и молчали. Папа Римский регулярно получал отчеты из Франции, Германии, Польши. И он тоже молчал. Англичане знали движение поездов в Освенцим. И, ведя очень осторожную войну, до самого конца они заботились об их целостности. Латыши, украинцы, поляки и русские – непосредственные исполнители, охранники лагерей смерти, убийцы. Это смысл катастрофы. Но все-таки еще не весь.

Евреи были определены фашистами не просто как низшая раса, а как раса, не имеющая права на существование. Все было направлено на это. Нас изнуряли тяжелым трудом, цель которого была наша смерть. Изнуряли и убивали голодом и антисанитарией. Наших детей уничтожали первыми. Доктор Менгеле ставил на них свои опыты. Нас лишали человеческого образа и достоинства. Нас заставляли закапывать трупы наших братьев под музыку Вагнера, которую заставляли играть евреев-музыкантов в Освенциме. И только как награду, нам позволяли печь. Это и есть смысл Катастрофы.

Катастрофа, это самое чудовищное злодейство, которое совершило все прогрессивное человечество с одним маленьким и беззащитным народом. А Натали Портман решила сравнить Холокост с резней в Руанде.

Через несколько лет покинет нас последний еврей, переживший ужасы катастрофы. И тогда начнется обратный отсчет, к тому моменту, когда Катастрофа ляжет на полку истории. Дорога в Освенцим сначала зарастет бурьяном, потом там начнутся восстановительные работы, откроются гостиницы и магазины. И наши дети будут сравнивать Холокост с резней в Руанде или просто с резней на улице. Все это будет, если мы не сможем четко объяснить, почему Натали Портман не права. Потому что Натали Портман это представитель нашей молодежи. Можно сказать, наша дочь.

Нам осталось ответить еще на один вопрос. Почему Катастрофа – это не только наше личное дело. Почему мы хотим, чтобы все человечество из года в год знало, что оно с нами сделало. Из мести? Нет? Тогда почему?

Последняя глава Книги Судей рассказывает историю колена Биньямин. Все колено было обвинено, когда несколько человек изнасиловали наложницу, принадлежавшую левиту. События развивались по обычному сценарию: сначала пропаганда, плавно переходящая в травлю, клятва не выдавать дочерей замуж за мужей из колена Биньямин, потом война и истребление. Когда же осталось всего шестьсот воинов, остальные колена осознали, что вот-вот будет потеряно одно из колен Израилевых, они решили "спасти ситуацию". Они пошли войной на город Явеш, единственный город, не участвовавший в этой вакханалии, убили там всех мужчин и детей, оставив только женщин. Этих женщин они отдали воинам колена Биньямин. Но этого оказалось недостаточно, и, чтобы не нарушать данной клятвы не жениться с коленом Биньямин, разрешили оставшимся воинам "украсть" себе невесту.

Думаю, прошли многие сотни лет, и редактор ТАНАХа, сын колена Йегуды, стоял перед дилеммой. Но его выбор был ясен. ТАНАХ учит нас быть лучше. Чтобы, содрогнувшись от дел своих прежних, мы встали на правильный путь. Мы хотим, чтобы человечество стало лучше, стало человечнее. Поэтому оно должно знать. Должно помнить. Чтобы не повторить. 

Пять копеек о богоизбранности.

Евреи богоизбранный народ. Каждый еврей или человек, когда-либо интересовавшийся еврейской историей слышал эти слова. Отношение к ним разное. Евреи, родившиеся в Израиле, каждый по мере своей религиозности, поразному относятся к ним. Нерелигиозные люди считают это мифом, созданным по непонятной причине и мешающим нашим отношениям с другими народами. Некоторые видят в этом проклятье. Как правило и те, и другие считают это древним признаком заносчивости, за которую наш народ на протяжение двух тысяч лет платит горькую цену.  Религиозные люди видят в этом благословение и как доказательство тому мы существуем на протяжении более трех тысячелетий. Что же такое богоизбранность, как мы ее достигли, и мы ли одни в этом мире избраны богом?

Сразу хочу сказать. Мы не одни. По тем или иным причинам избранными себя считают и представители других религий. Например, мусульмане считают, что евреи были лишены своего благословения за заносчивость (опять!) и оно было передано им, великой мусульманской умме (нации). Мусульмане разделились на суннитов (ортодоксальных мусульман) и шиитов (фракции), но умма продолжала существовать и существует по сей день, в немного аморфном виде. Буддисты и бахаисты так же считают, что избраны и у них особое предназначение. Наиболее близкие нам по духу соседи и соотечественники друзы между собой называют себя не иначе как избранными, или предназначенными – Муахиддун. Они не пускают к себе инородцев, женятся между собой, секреты их религии может постичь только рожденный муахиддун. Друзы как религия и богоизбранный народ были основаны шиитским халифом Эль Хакимом на заре второго тысячелетия. Эль Хаким, видевший себя пророком и мессией, даже разрушил сакральную пещеру в Храме гроба Господнего, дабы доказать силу своей религии и правильность ее пути.

Халиф Аль Хаким, 996-1021 гг.

Богоизбранных объединяет одно – монотеизм. И друзы считают себя самыми первыми монотеистами, последователями и потомками (через Исмаила) нашего праотца Авраама. Жрец Итро, наставник и тесть нашего пророка Моисея считается у них одним из святых, насаждавших монотеизм. Можно сказать, что образовавшись относительно недавно как народ и религия, друзы считают нас своими младшими двоюродными братьями.

Сирийские друзы

Христиане тоже монотеисты. Больше того, они говорят, что их религия пришла заменить иудаизм. Родившись как иудейская секта, выдвигающая идеи персональной ответственности (в иудаизме ответственность коллективная), индивидуализма и отмены законов, они шли в разрез с ценностями иудаизма и наносили вред Идее. Христиане даже заслужили девятнадцатое благословение (проклятие) в центральной иудейской молитве "Восемнадцать благословений. " "Не будет надежды у еретиков", говорится в ней. После определения христианства как государственной религии и начала преследования иудеев слово "еретик" в этой молитве было заменено на "доносчик". Являясь религией универсальной, христиане не могут определить избранность того или иного народа. Они оставили это иудеям в их Ветхом завете.

Идея богоизбранности не появилась вместе с появлением иудаизма как закона для сынов Израиля. Когда Моисей формулировал регламент проведения обрядов и строительства ковчега для скрижалей, когда определялось сословие священнослужителей, евреи были народом, у которого была своя религия и единый бог. Кредо этого закона, этой религии – коллективная ответственность: один за всех и все за одного. "Слушай Израиль! Господь Бог наш, Господь един!" Можно назвать это формулой иудаизма. Весь народ стоит перед единым богом.

Получение Скрижалей Завета. Рембрант

Песни прославляют героев и укрепляют сердца будущих героев. Молитвы славят Всевышнего и укрепляют сердце народа. Самой древней молитвой после "Шма" (Слушай Израиль) считается молитва "Алейну Лешабеах"(Нам славить). Ее появление относят к временам Иисуса Навина, когда тот повел израильские племена на завоевание земли обетованной. Молитва состоит из двух частей – в первой воздается слава Господу и благодарность за то, что мы были избраны им служить Ему, не как другие народы, служащие пустым идолам, не ведущим к искуплению. Во второй его части выражается надежда, что все народы мира узнают его величие и примут его как своего Б-га. Идолы будут выкорчеваны, и единый бог будет царствовать во всем мире. "В этот день будет единый Б-г и Его имя едино!"

Иисус Навин переходит Иордан. Бенджамин Вест.

Тут нужно понять исторические реальности. Религия и законы в древние времена занимали центральное значение не только на уровне управления народами, но и на уровне семейной ячейки. В раскопанном городе Арад в каждом доме были найдены опрокинутые постаменты для жертвоприношений. Арад был первым городом, уничтоженным племенем Йегуда. Опрокинутые жертвенники говорят о религиозном характере захватчиков. Евреи шли захватывать Ханаан неся впереди ковчег со скрижалями завета.

Однако, после того как были покорены местные царства, евреи поселились в своих наделах и началось их мирное сосуществование с теми, кто был покорен совсем недавно. Культовый плюрализм язычников подразумевал, что каждый бог отвечал за свое определенное природное явление. Например, Шемеш отвечал за солнце и жару. Ям за поведение моря и наличие рыбы. Аштарта – за плодородие. Причем приносила она плоды после того как ее удостаивал орошением Баал – царь дождя. Так получилось, что у язычников, живущих на центральном ханаанском хребте Баал был самым главным – без него Аштарта не давала плоды. Молох был богом деторождения. Ему приносили в жертву первенца, дабы он одарил семью большим наследством. Обряды Молоха отмечены в Танахе в долине Гай Бен Йином, благодаря этому давшее миру выражение геенна огненная.

.Жертвоприношение Молоху

 Мирное сосуществование предполагало не только обмен товарами, но и культами. Евреи приносили дары Баалю, чтобы он чаще орошал Аштарту, а язычники приносили дары грозному еврейскому богу Яхве, дабы он их не трогал. Так, например, Книга Судей рассказывает нам о Гидеоне, которому дали имя Йерубааль – убоявшийся Баала. Гидеон приходит к истине, к единому богу и разрушает жертвенник Баалу. Лишь после этого Гидеон ведет свое войско против медианитов и побеждает их именем Господа.

Гидеон выбирает 300 воинов.

Синкретизм, или культовое сосуществование продолжалось на протяжении веков, даже когда уже существовал Великий Храм. Известно, что царь Соломон позволял своим женам устраивать жертвенники на Масличной горе богам своих народов. В семидесятые годы была обнаружена иудейская крепость в районе Эйн Хацева, при раскопках были найдены разбитые жертвенники, датированные седьмым-шестым веками до нашей эры. Языческий жертвенник не только действовал в непосредственной близости от иудейской крепости, но и пользовался ее покровительством и защитой. 

Культовые принадлежности Эдумеев, найденные в Эйн Хацева.

Так же вовсю работают еврейские жертвенники по всей земле Израиля – от святого города Дан и до самых южных границ. Каждый из них работает по своему регламенту, левиты сами придумывают церемонии и определяют, какое количество мяса он заберут при принесении в жертву. 

.Жертвоприношение

После падения Израильского царства перед Ассирийской империей и рассеяния десяти колен в изгнании, Цари Хизкиягу и Йошиягу проводят религиозные реформы. Цель – сосредоточить жертвоприношения в Иерусалиме, в Великом Храме, упорядочить регламент и положить конец самоуправству левитов. Именно этот шаг в дальнейшем подвигнет ведущие силы нации к определению избранности.

.Царь Соломон возносит жертву в Храме

Оказавшись в Вавилонском изгнании после неудачного восстания и тотального разрушения Иерусалима, евреи впервые оказались перед угрозой ассимиляции и уничтожения. Ведь принятые ограничения на жертвоприношения только в Иерусалимском Храме никто отменить не посмел. А если нет религиозного ритуала – нет объединяющей нацию культуры, нет народа. Судьба десяти племен, растворенных и рассеянных среди язычников страшило колено Йегуды. Теперь им предстоял выбор: либо покориться чужим богам, оказавшимся сильнее еврейского бога и постепенно исчезнуть, либо мобилизовать все силы, проявить жесткую самодисциплину, во имя идеи – во имя сохранения себя как народа, служащего единому Б-гу.

.Тиссо. Вавилонское пленение

Вопрос первичности и вторичности идеи, движущей силы общества, не раз занимал умы ярких мыслителей. Кто кого выбирает? Мы выбираем идею и можем ее изменить, или Идея выбирает нас. Идея вечна. Она жила до нашего появления (вспомните друзов), и возродится после нашей смерти. Идея лишь тогда чего-либо стоит, если ради нее готовы пожертвовать жизнью. Слова Трумпельдора "Хорошо умереть за свою Родину!" были началом пути к новому еврейскому государству. И тогда это уже перестает быть нашим выбором. Мы становимся избранными Идеей. Мы становимся "избранным народом".

Как сохранить законы и народ, не нарушая запрета на ограничение жертвоприношения в Иерусалиме – центрального культа иудаизма? Именно здесь появляется идея просвещения – изучение великих книг – столетиями сформированной структурой ТАНАХа. Чтобы облегчить обучение изменяется алфавит: клинопись заменяется алфавитом арамейским, принятым в Вавилонии. Определяется регламент обучения: с 5 лет – Тора. С 13-ти – Заповеди. С 17-ти – законы. Обучение происходит в домах собраний – батей-кнессет. Народ Израиля становится народом Книги.

.Откровение сухих костей Иезекииля

Поэт еврейского возрождения в вавилонском изгнании пророк Иезекииль сформулировал принципы этой избранности:

И окроплю вас чистою водою, и вы очиститесь от всех скверн ваших, и от всех идолов ваших очищу вас.  И дам вам сердце новое, и дух новый дам вам; и возьму из плоти вашей сердце каменное, и дам вам сердце плотяное.  Вложу внутрь вас дух Мой и сделаю то, что вы будете ходить в заповедях Моих и уставы Мои будете соблюдать и выполнять. И будете жить на земле, которую Я дал отцам вашим, и будете Моим народом, и Я буду вашим Богом. (Книга Иезикииля, 36, 26-28)

Верность Единому Б-гу невозможна без мартирианства. И так в книге Даниила уже рассказывается о первых мортирах, Азарие, Мишаеле и Ханание, прошедших через огненную печь Навуходоносора, и спасшихся в силу своей веры. Как Трумпельдор для строителей нового государства Азария, Мишаэль и Ханания стали символами готовности отдать жизнь за веру. Пройдет тысяча лет, и мудрецы, составляющие Талмуд приравняют их к основателям иудаизма. "Сыны Израиля вышли из Египта благодаря Ханании, Мишаэлю и Азарии".  

.Мозаика древней синагоги в Эйн-Геди, здесь упоминается о Ханании, Азарии и Мишаэле

Идея избранности спасет наш народ, уже вернувшийся в Иерусалим из изгнания, от неизбежной ассимиляции с помощью Эзры-книжника и персидского сатрапа Нехемии. Именно они мобилизуют народ в Иудее, Нехемия построит стены вокруг Иерусалима. Но не для защиты города от разбойников, а для закрытия города в субботний день, во имя соблюдения заповедей. Так же Эзра потребует у иудеев, женившихся на местных женщинах изгнать своих домочадцев.

.Эзра объявляет закон. Юлиус Шнор

Именно Эзра определяет, что иудей может родиться только у матери иудейки. Это не было шагом в сторону феминизма. Это была ловушка. В патриархальную эпоху, дочь, ушедшая в дом иноверца принимала его веру и обычаи. Ее дети так же становились иноверцами и продолжали путь своих отцов.  Определение общества, будет ли сын его членом, если его мать пришла из дома сына другого племени – это было новшеством. Это закрыло двери в Дом Израиля. Теперь иудеи – это религия. И раса.

Наша избранность, наше стремление соблюдать и хранить обычаи наших предков побуждают нас вести определенный образ жизни, в определенном, автономном обществе, которое мы себе создаем. Будучи побежденным народом, находясь в изгнании, мы искали покровительства у местных королей и баронов не как отдельные люди, а как община, желающая сохранить свой образ жизни согласно заповедям Божиим. И каждый день мы молились в сторону Иерусалима, где будет восстановлен Великий Храм и куда мы вернемся.

.Иудеи празднуют Суккот (Кущи), Бернар Пикар

Именно так мы противопоставили себя окружающим нас безграмотным и страшащимся любого непонятного окружающим нас народам, подстрекаемых церковью. Мы, распявшие сына божьего, говорящие на многих языках, умеющие читать и писать, разделяющие мясное от молочного, совершающие омовения. Мы стали подозрительными и незнакомыми. Имея обширные семейные связи, мы развивали торговлю. Будучи зависимы от воли властей мы были уязвимы. Церковь сжимала вокруг нас железное кольцо юдофобии. По призыву главы католической церкви папы Урбана очистить Храм Гроба Господня тысячи поднялись прежде всего свести счеты с иудеями. И тогда, как уже две тысячи лет назад, когда еврейские племена шли на войну неся впереди Ковчег Завета, прозвучала молитва "Алейну Лешабеах". 

.Преследования Инквизиции

Злые язычники, окружившие статую распятого бога идолами, которых они называли святыми, ждали нашей смерти. Мы шли на войну – смерть от меча или вероотступничество и предательство, позор навеки. Волна за волной, в течение следующего тысячелетия враг снова и снова пытался нас уничтожить. Но прошли века, и зазвучала новая песня.

Не слушай, сын, отца морали,

не внемли матери заветам,

Заветы руки нам сковали,

мораль отца не даст ответа.

Грядет гроза, гроза весны,

услышьте, что поют сыны!

.Плакат Хашомер Хацаир

Сегодняшнее государство Израиль не воплощение чаяний многих веков. Мы еще не построили Великий Храм. И пророчество сухих костей Иезикииля еще не сбылось. Но оно сбудется. Мы это знаем, потому, что мы народ, избранный Господом.

Праздник любви или насилие над народом

Невероятно, как актуальна оказалась история из Книги Cудей о левите и его наложнице именно в день 15 аба, день спасения колена Беньямин. Хочу напомнить нашу историю, которую мы и так часто слышали. Левит забирает свою наложницу из Вифлеема и на ночь глядя держит путь на север в дом божий. На ночь останавливается в Геве. Там его наложницу насилуют и убивают. Все колена Израиля поднимаются за это на колено Беньямина, клянутся не отдавать в жены за них своих дочерей, истребляют все колено, и когда несколько сотен остается, каются в содеянном и позволяют Беньямину отловить себе невест в Шило. Вот такая любовь. Виноваты во всем произошедшем те выродки из колена Беньямина, которые изнасиловали наложницу и само колено, не пожелавшее проявить содействие в поимке и повешении.

Но тут у меня возникли вопросы. Вопросы нравственности. Сначала я их отмел. Это были страшные времена, без царя, и каждый делал как считал нужно, написано в книге. Кто я такой, чтобы судить? Но ведь это написано в книге, учащей нас нравственности. Что замечательно в Танахе, так это то, что в нем находятся истории из которых следует делать выводы. Танах это не история народа Израиля. В нем проблема с хронологией, порой историки и исследователи спорят о последовательности событий, описываемых здесь. Но в одном они едины. Описанные в нем события призваны дать нам урок. Но все же в этой истории ясно не все. Поэтому давайте заново восстановим цепочку событий, описанных в Книге Судей.

Сразу скажем, автору, рассказывающему эту историю не очень комфортно. Он начинает словами: "В те дни, когда не было царя в Израиле". Смутное это было время. Много несправедливости. История начинается со скомканного рассказа о левите, наложница которого бежала от него, он пошел к ее отцу, чтобы забрать ее, тот долго не хотел их отпускать и шел на всякие хитрости для этого, как бы предчуствуя исход истории. Тут же отступлюсь, для тех, кто не очень знаком с нашим Танахом. У Израиля было 12 колен, получивших наделы и одно получившее служение господу. Так Моисей пытался создать еврейскую аристократию. Левиты – священники, им должны были прислуживать все, ведь они прислуживали Б-гу. Только левиты могли открывать жертвенники, и только через левитов приносили жертву. Через левита говорил Господь. Поэтому левиту никто не смел перечить. Отец наложницы тоже. Первая часть рассказа обвиняет отца наложницы в том, что тот задержал выход левита в путь, в результате, он к вечеру оказался в Геве.

Следующая часть – это манипуляция. Левит, говорится, мог остановиться в Иерусалиме, в те времена город Йевус, в котором жили кнааниты. Но предпочел город, в котором живут евреи – братья, родственники, как-никак. Вот, мол, черная неблагодарность племени Беньямин! Еще одна причина, более прозаичная. Левит надеялся на свой статус священника. Ведь как священники, левиты питались на халяву лучшими кусками мяса от жертвоприношений. Но судя по всему в Геве ему были не рады. Это и есть самое темное место в этой истории. Почему? Что случилось? Нет ни единого слова во всей этой части, пропитанной во всю антибеньяминовым духом. Тот, кто приютил левита – был так же пришелец, живший там, старик с горы Эфраим, так написано. Примечательно так же и то, что до того, как левита приютил старик, он уже долгое время находился в Геве, и ничего с ним не случилось, никто его не домогался.

Следующая часть – прямое обвинение и описание тех зверств, которые учинили жители Гевы. Тут как бы все ясно. Эти изверги решили унизить левита. Старик, приютивший его, предложил им свою дочь, но они хотели наложницу левита. Поскольку вопрос о чести и достоинстве девушки в те времена не стоял, речь шла о том, что они хотели лишить левита его собственности. Интересно, что в предыдущем абзаце, описывается прием старика. Так вот, тот старик был совсем не бедный. У него был двор, было место для скотины и для слуги левита (про наложницу ни слова). Короче, левит вывел к ним свою наложницу, те издевались над ней всю ночь, а утром она без сил упала на пороге дома. Левит ее позвал, но она не ответила. Мне осталось неясно, умерла ли она, или просто не было сил и возможности. Оригинал умалчивает. Синодальный перевод говорит – умерла. Так или иначе мы переходим к следующей части.

Левит разрубает тело своей наложницы на 12 частей и рассылает всем князьям колен Израиля. Собираются князья, на суд, и требуют смерти тех, кто попрал имущество левита. Вобщем, князья уже все решили. В Беньямине понимают, что разбираться никто не будет, хотя история, прямо скажем, темная. А если нет суда, то выдача своих соплеменников на верную смерть – это политическое унижение. Тут и начинается война, тут евреи клянутся не выдавать своих дочерей за мужей из Беньямина. Истребив многотысячное колено, не пожалев женщин, стариков и детей, вырезав всю скотину, израилевы князья опомнились, когда лишь шестьсот человек остались в живых скрываясь в пещере Римон.

Конец этой истории известен. Спасая свое лицо, дабы не нарушить клятву, князья совершают насилие над народом. В народный праздник они позволяют оставшимся в живых сделать то, за что были уже почти уничтожены – силой забрать себе невесту в городе, в котором стоит ковчег завета. Конечно, ведь это не наложницы левитов. Ирония в том, что этот день называется у нас теперь праздником любви.

К чему этот рассказ? Многие толкователи видели в нем борьбу между коленом Беньямина и коленом Иуды – соперничество между домом Саула и домом Давида. Своего рода антибеньяминовая пропаганда. Но в актуальности сегодняшнего дня мы видим похожую картину.

Конечно это не противостояние колена Израиля его элите. Это противостояние национально-религиозного лагеря левым элитам, захватившим власть в Верховном Суде, крепко сидящим в СМИ, в полиции и в армейской верхушке. Это противостояние между народом и теми, кто им управляет. Иными словами… Мы как раз там. Сегодня идет война. 

Это война в которой вершится несправедливость от имени высоких ценностей. Совершается насилие над народом. Из-за попустительства и халатного отношения дороги в Иудее и Самарии становятся смертельно опасными. Гибнут люди, дети. Пока политики играют в большие игры, террористы кидают в машины строительные блоки, валуны и бутылки с зажигательной смесью. Армейские власти разрушают построенные дома и лишают защиты. Глубокая рана от изгнания из Гуш-Катифа все еще кровоточит. Гева ждет своего левита. Надеюсь, последние события в Даме и в Иерусалиме – это только предостережение. Не хочу думать, что это начало.